Жизненный путь Зинаиды Николаевны Гиппиус

Страница 10

Шаг Мережковского в пропасть так и остался непонятым для его соотечественников, для друзей, даже для противников в эмигрантском, совсем уже поредевшем кругу, для истории, для нас, потомков…

Когда он умер, проводить его в последний путь в русский храм на улице Дарю пришло лишь несколько человек

Зинаида Николаевна помнила день смерти Дмитрия Сергеевича спустя годы, так ясно, как будто все это произошло вчера, или Она пережила его уход очень остро, рассказывали даже, что у нее временно помутился рассудок, и она хотела покончить с собой, но Но Бог дал ей слишком живую и гордую душу. Прежде, чем уйти вслед за ним, она решила оставить книгу воспоминаний о человеке, которого любила столь сильно, что часто просто не замечала своей любви, она была для нее органичною потребностью, словно разлитою в воздухе. Мемуарный жанр и раньше блестяще удавался ей, ее воспоминания о Блоке и Розанове были в числе самых популярных изданий в русских книжных магазинах. И она стала писать о нем, своем муже. И о себе. Просто, ненавязчиво, с большим чувством юмора и тактом, рассказывать историю своей и его жизни. Больше, наверное, все таки – своей. А, может быть, - его. Невозможно сказать точно, настолько неразрывно они были слиты, связаны незримыми узами друг с другом Когда то Зинаида Николаевна написала стихотворение « Моя душа – любовь», которое, то ли шутя, то ли по рассеянности, Дмитрий Сергеевич опубликовал под своим именем. Обман - путаница обнаружилась не сразу, но Зинаида Николаевна сквозь пальцы смотрела на подобные вольности мужа «Они так дополняют друг друга, что подлинное авторство, в конце концов, совсем не имеет значения, ибо каждый подпишется под словами другого полностью! Какая разница! – махнула рукой она. Души их все равно слиты воедино

З. Н. Гиппиус так и не смогла закончить мемуаров о муже. Или, вернее, самая последняя их страница была дописана уже ее Смертью, 9 сентября 1945 года, в Париже. Проводить Зинаиду Николаевну к ее последнему пристанищу на кладбище Сент – Женевьев де Буа, пришли все, кто еще жил и помнил. Даже непримиримый и остроязычный злословец в их с Дмитрием Сергеевичем адрес – Иван Бунин.

Душа гордой золотоволосой «петербургской русалки» с зелеными глазами, душа всю жизнь искавшая Любовь на всех высотах и просторах, во всех обликах и зеркальных миражах была бы, наверное, довольна таким прощанием. Или нет? Бывают ли вообще чем - либо довольны Души, всю жизнь ищущие то, чего нет на свете?

Увы, в печали безумной я умираю,

Я умираю.

Стремлюсь к тому,

чего я не знаю,

Не знаю .

.Но плачу без слёз

О неверном обете,

О неверном обете .

Мне нужно то, чего нет на свете,

Чего нет на свете.

Похожие публикации:

Своеобразие книги М. Осоргина «Повесть о некой девице» как цикла исторических миниатюр.
27 июня 1953 года М. Осоргин рассказывал А.С. Буткевичу о своих делах: «Помимо большого романа («для души» и для книги) пишу еженедельно рассказ – уже для заработка, и это шестьдесят пять недель подряд! Рассказы исключительно исторические ...

История России и поэт.
Есенин, не сворачивая, идет одной дорогой вместе со своей Родиной, со своим народом. Поэт предчувствует великие перемены в жизни России: Сойди, явись нам, красный конь! Впрягись в земли оглобли . Мы радугу тебе — дугой, Полярный круг ...

Поэтический текст как объект перевода. Лингвостилистические особенности поэтического текста
Поэзия (лирика), наряду с эпосом и драмой, относится, как известно, к основным родам художественной литературы. Последние два-три десятилетия характеризуются постоянно растущим интересом исследователей-лингвистов к языку художественной ли ...