Серия «Модный брак»

Страница 2

Во второй сцене («Утренний завтрак. Вскоре после свадьбы») [Прил. рис. 19] участвуют все три персонажа. Эта композиция изображает утро в доме молодых. Опрокинутые стулья, которые лениво поднимает заспанный слуга, валяющиеся на полу игральные карты, музыкальные инструменты и тетрадь нот – все говорит о вчерашнем празднике, окончившемся изрядной вакханалией. Довольно миловидная графиня небрежно потягивается, вот-вот зевнет, и выражает полное безразличие к своему супругу, ввалившемуся в комнаты, не сняв шляпы и тяжело рухнувшемуся в кресло. Управляющий с пачкой счетов в руке удаляется, воздев руки к небу.

Все, что происходит в картине – взаимоотношения между действующими лицами, каждая физиономия, каждый жест – обрисовано чрезвычайно ясно и наглядно.

Кроль А.Е. отмечает[9], что в обеих сценах Хогарт достигает предельной выразительности. Соотношение между фигурами и пространством, рисунок фигур, динамичная живописная поверхность создают целостные художественные произведения.

Третья сцена («У шарлатана») [Прил. рис. 20] повествует о дальнейших приключениях мужа. Он пришел со своей подругой к шарлатану – врачу. Врач принимает их в эффектно убранном кабинете, где каждый предмет говорит об «учености» хозяина. Молодой кутила разоблачает шарлатана, замахиваясь на него тростью. За врача вступается известная в Лондоне сводня Бэтти Кэрлесс. Художник объединил с помощью жестов, взглядов и общего действия, врача-шарлатана и сводню в одну группу, которая как бы отдаляет фигуру беззащитной, робкой фигуры юной жертвы.

В следующей картине – «Утренний прием» [Прил. рис. 21] художник раскрывает характер развлечений молодой графини. Мы видим ее за утренним туалетом. Возле хозяйки суетится парикмахер, знаменитый в Лондоне певец поет под аккомпанемент флейты, гости оживленно о чем то беседуют, а на кушетке развалился стряпчий, который ведет себя как дома. Он протягивает графине билеты на маскарад. Отношения между хозяйкой дома и стряпчим дают для окружающих богатую пищу для размышлений.

Мягкие созвучия красок, розовых и серебристо-серых, или оливковых, розоватых и коричнево-золотистых, передают внешнее благополучие и нарядность этого быта, а композиция картин, полных суматошного движения, отвечает внутренней пустоте и разладу в жизни героев «Модного брака».

Следующие картины из серии «Модный брак» близят зрителя к развязке. В пятой картине [Прил. рис. 22] показан переломный момент: падает, пораженный на смерть муж, молодая жена стоит на коленях перед лежащим мужем, а любовник – убийца скрывается в окне. Выразительность сцены определяется ее динамикой. Хогарт делает смелую попытку схватить неуловимый миг как в движениях так и в душевных переживаниях героев. Как и в других сценах действие опять происходит в конкретной обстановке с множеством реальных деталей. Лица и фигуры сцены показаны в тени.

Шестая сцена [Прил. рис. 23] окрашена горечью и драматизмом. Графиня принимает яд. У ее ног лежит лист с последними словами казненного любовника. Через распахнутое окно мрачного старого жилища расстилается прекрасный вид на широкую Темзу и Лондонский мост – как символ жизни простирается невозмутимо текущая река, несмотря ни на какие жизненные трагедии.

В серии «Модный брак» Уильям Хогарт затронул важную социальную проблему, за что его считали моралистом – проповедником. Художник не наказывает зло. Не страдают жадный отец, пожертвовавший своею дочерью и старый лорд, выгодно женивший сына. Пострадали их дети, которые стали пассивными жертвами безжалостных общественных условий. Судьбу героев определяет в сюжетах Хогарта социальная обстановка. Положительные герои в его картинах очень редки, так как художник видит главное не в торжествующей добродетели и морали, а в утверждении неизбежности пороков и несчастий.

В середине 1740-х годов Хогарт делает попытку провозгласить положительные жизненные ценности. Он начинает серию «Счастливый брак» (1745). Но замысел художника не был доведен до конца, сохранилось лишь шесть эпизодов из этой начатой серии. В гравюрах сохранились первая, четвертая и пятая картины, в живописи – третья и шестая, и в виде живописного фрагмента – вторая.

Похожие публикации:

Сравнительно-сопоставительный анализ переводов сонетов В. Шекспира и стихотворения П.Б. Шелли на предмет выявления воздействия поэтических приемов. Трансформация смысла в поэтическом переводе (на при
При переводе поэтического текста переводчики пользуются грамматическими и лексическими трансформациями. Искусство переводчика заключается в том, чтобы производить разного рода языковые трансформации там, где этого требуют нормы русского я ...

Объединение Реального Искусства.
Из всех слов в названии следует выделить «реальное». Что разумели под ним? Реальность изображения, идеи, или просто каламбур? При ответе на этот вопрос нам кажется целесообразным обратиться непосредственно к трудам лиц, принадлежащих этом ...

Приложение.
Окказионализмы, созданные В. хлебниковым. 1. Немь. 2. Лукает. 3. Закричальность. 4. Столика. 5. Упавном. 6. Мореречи. 7. Земец. 8. Свирел. 9. Хотель. 10. Кружеток. 11. Виденнега. 12. Крылышкуя. 13. Золотописьмом. 14. Лебедив ...