Любовь - святая тема в лирике Марины ЦветаевойСтраница 3
В его лице трагически слилось
Две древних крови…
(Сергею Эфрону, 1920)
Почему - трагически? Сам ли он ощущал двойственность своего положения полукровки и страдал от этого? И не оно ли заставляло больнее звучать слово "Россия", "моя Россия"?
Трагизм положения заключается в том, что выбор, сделанный им, не был окончательным. Его швыряло из стороны в сторону: Белая армия, отход от добровольчества, чувство своей "вины" перед новой Россией…Пока же, летом 1911 года, будущее рисовалось счастливой сказкой. С Цветаевой произошел огромный жизненный перелом: появился человек - любимый! - которому она была необходима. Поэтому стихотворение и заканчивается строфой, которая звучит, чуть ли не формулой:
В его лице я рыцарству верна.
Как и любого поэта, тема любви не могла обойти творчество Цветаевой. Любовь для нее самое сильное чувство на земле. Ее героиня не боится смело говорить о своих чувствах, не боится позора, связанного с признанием в любви. Марина Цветаева несколько строк посвятила мужу, Сергею Эфрону. Высоту, на которую Цветаева поднимала в стихах своего мужа, под силу было выдержать только человеку безукоризненному. Больше ни к одному реальному человеку не обращалась она с такой требовательностью - разве что к самой себе, никого не поднимала так высоко. От обольщения к разочарованию - таков "любовный крест" цветаевской героини.
Похожие публикации:
Философские мотивы в лирике А. С. Пушкина
В историю России Александр Сергеевич Пушкин вошёл как явление необычайное. Это не только величайший поэт, но и основоположник русского литературного языка, родоначальник новой русской литературы.
Лирика Пушкина органически сочетает в себ ...
Происхождение кумулятивных сказок
Сейчас, когда не сделана даже точная опись кумулятивных сказок, а часто они не осознаются как особый разряд, проблематика кумулятивной сказки еще не может быть разрешена с достаточной полнотой. Принцип кумуляции ощущается как реликтовый. ...
«Жизнь и мнения Тристрама Шенди»
Этот роман, с виду шутливый, дурашливый, нарочито шутовской, поистине своеобразная литературная клоунада, но он пронизан глубочайшей философией. Писатель резвится, паясничает, смеется над всем и вся. В самом начале книги он заявляет о сво ...