Дидактические циклы в творчестве У.Хогарта («Прилежание и леность», «Улица
Джина» и «Четыре степени жестокости»)Страница 4
Гравюры «Улица Джина» и «Улица Пива» встретили немедленный отклик, и в 1751 году в парламенте прошел акт, запрещающий незаконную продажу джина.
Как пишет Уильям Хогарт, на листе «Улица Джина» показаны последствия потребления этого напитка – «… безделье, нищета, бедность и отчаяние, доводящее до безумия и смерти».
Художник делит лист на два плана по диагонали, идущей из правого верхнего угла в нижний левый угол. Справа он изображает несколько узловых эпизодов с немногочисленными персонажами. Слева изображены городские строения и улицы с толпой мелких человеческих фигур. Фоном центральных стен служит нищий Лондон с его переполненными кораблями и полуразрушенными домами.
Безвыходность тупика, в котором гибнут обитатели «Улицы Джина», подчеркнута распространенными у Хогарта символами: вывеской ссудной кассы с тремя тяжелыми шарами и вывеской кабатчика в виде огромного кувшина с надписью «Королевский джин».
Ч. Диккенс дает этому листу яркую характеристику: «Нет данных, что хоть один из персонажей этой мрачной сцены был когда-нибудь богаче, чем теперь. Даже наиболее зажиточные закладывают самое необходимое, а также орудие своего ремесла; а самые бедные – это бездомные бродяги, по которым не видно, что они раньше жили иначе. Все живут и умираю в нищете. Никто не делает попытки предупредить или излечить зло».[17]
«Улица Пива» представляет контраст «Улице Джина». Сцена полна веселого оживления. Художник изображает улицу с чистыми, отстроенными домами. По улице идут прохожие, живописец заканчивает вывеску, где изображает танцующих крестьян вокруг стога ячменя. За столами люди пьют пиво. Единственный заброшенный дом – ссудная касса, на ступенях которой стоит странствующий торговец пивом.
Если в предыдущем листе комическое служит, чтобы подчеркнуть трагическое, то «Улица Пива» вся проникнута жизнерадостным мягким юмором. Иронично изображены Хогартом любители пива с огромными животами, держащие полные кружки пива с пышной пеной. Вывеска ссудной кассы уже не кажется зловещей.
Еще одна серия нравоучительного характера была названа Хогартом «Четыре степени жестокости». Она изображает жизненный путь человека, который в детстве мучает кошек и собак, затем истязает лошадей и в итоге становится убийцей. Труп казненного преступника по закону отдается врачам, которые расчленяют его на части.
Хогарт писал: «Эти листы были награвированы в надежде в какой-то мере изменить к лучшему варварское обращение с животными, один вид истязаний которых делает нашей столицы (Лондона) столь прискорбными для каждой чувствительной души. Если они окажут это действие и воспрепятствуют жестокости, я буду больше гордиться тем, что являюсь их автором, чем если бы я написал картоны Рафаэля».[18]
«Четыре степени жестокости», как и серия «Прилежание и леность» как «Улица Джина» и «Улица Пива», пишет Кроль А.Е., раскрывают Хогарта как художника, который не проходит мило социальных бедствий и не пытается смешить зрителей картинами нищеты и невежества. Хогарт не остается при этом простым моралистом-проповедником, а шире и объективнее смотрит на мир, чем большинство его современников. Выбирая в качестве героя графа или бродягу, знатную даму или проститутку, он осуждает в их образах те темные черты, которые свойственны не только отдельным личностям, но и целым общественным группам. Хогарт обращал эти злободневные серии к народу и они пользовались популярностью, но публика, к которой он обращался, подчас восхищалась забавностью эпизода, комичностью лиц и на замечала глубокого смысла его произведений.
Похожие публикации:
Никита Иваныч
Близким другом и мудрым наставником Бенедикта был Никита Иваныч, принадлежащий к числу «Прежних»: «Он в Прежнее Время, до Взрыва, совсем стариком был, кашлял, помирать собирался. Это он матушке любил рассказывать, по сту раз повторял, врод ...
А.Н. Радищев «Вольность»
Ты хочешь знать: кто я? что я? куда я еду?
Я тот же, что и был и буду весь мой век:
Не скот, не дерево, не раб, но человек!
Дорогу проложить, где не бывало следу
Для борзых смельчаков и в прозе и в стихах,
Чувствительным сердцам и ис ...
Формирование культуры на основе агиографической
литературы
В IV в. в связи с полным прекращением после Миланского эдикта 313 гонений на христиан и изменением условий их жизни в Римской империи новый вид приобретает и агиография. С образованием института монашества центр христианской святости пере ...