К.Д. Бальмонт (1867— 1942)

Константин Дмитриевич Бальмонт

выпустил в 1903 г. книгу стихов с неожиданным названием «Будем как солнце». Поэт приглашал читателя вступить в мир романтики, из которого он, смертный, выйдет уподобившимся Солнцу и возомнившим себя исключительным.

В стихотворении «В домах», посвященном Горькому, лирический герой Бальмонта бунтует против «мучительно-тесных громад домов», некрасивых, бледных людей, забывших о чуде небесного полета птиц, свободе:

Я проклинаю вас, люди.

Живите впотьмах,

Тоскуйте в размеренной чинной боязни,

Бледнейте в мучительных ваших домах.

Вы к казни идете от казни!

Он предлагает свободу от моральных обязательств и понятий чести, от привязанностей и заботы о куске хлеба. Провозгласим свою самость, свою гениальность!

Я — внезапный излом,

Я — играющий гром,

Я — прозрачный ручей,

Я — для всех и ничей.

Бальмонта называли «Паганини русского стиха», за магию звуков, эксперименты с ритмом, виртуозность техники («Я — изысканный стих»). Солнце — главный символ у поэта, символ верховного божества, символ огня, а огонь — главная стихия жизни, противостоящая в поэтике Бальмонта мертвой цивилизации, мертвым чувствам человека.

«О да, я избранный, мудрый властелин, посвященный, сын Солнца, сын разума, я — царь», — величает себя поэт. Но в этой восторженности по отношению к своей неповторимости, в этом нагнетании «Я» нельзя не разглядеть гигантоманию, перед которой даже Пушкин — всего лишь «предтеча».

Поэт-ницшеанец хочет насладиться русским пейзажем:

Прекрасней Египта наш Север,

Колодец, ведерко звенит.

Качается сладостный клевер,

Горит в высоте хризолит.

А яркий рубин сарафана

Призывнее всех пирамид.

А речка под кровлей тумана .

О, сердце! Как сердце болит!

И что же? «Поэт злоупотребляет драгоценными камнями . Драгоценности, обилие красочных пятен вторгаются у него и в такие картины, которые должны бы чаровать именно своей незатейливостью и простотой», — считал Ю. Айхенвальд.

Поэзия серебряного века неоднозначна, она и по сей день приковывает к себе внимание. Наиболее яркие представители его определили в значительной мере дальнейшие пути развития русской литературы XX в.

Похожие публикации:

Введение.
Образ города имеет свою судьбу. Он живет своей жизнью, имеет свои законы развития, над которыми не властны его носители. Кто же лучше всего сможет выразить образ города, как не художник, и, может быть, лучше всего художник слова? Ибо ему ...

Формирование культуры на основе агиографической литературы
В IV в. в связи с полным прекращением после Миланского эдикта 313 гонений на христиан и изменением условий их жизни в Римской империи новый вид приобретает и агиография. С образованием института монашества центр христианской святости пере ...

Брюсов – созидатель
Я иду. Спотыкаясь и падая ниц, Я иду. Я не знаю, достигну ль до тайных границ Или в знойную пыль упаду, Иль уйду, соблазнённый, как первый в раю, В говорящий и манящий сад, Но одно – навсегда, но одно – сознаю: Не идти мне назад. « ...